Created with Sketch. Created with Sketch.

BALAUSA jewelry: «Мы изначально делали украшения такими, чтобы их захотели купить в любом уголке мира»

История казахстанского ювелирного бренда BALAUSA jewelry началась с 265 тысяч тенге и удивительной семейной легенды (которую создатели компании, впрочем, узнали много позже — через 10 лет после того, как начали заниматься ювелирным делом). Сейчас в активе BALAUSA около 30 партнерских магазинов по всему Казахстану, успешное участие в международных выставках и большие планы по покорению ювелирного рынка Европы. Редакция MEGAzine съездила в Шымкент, где располагается производство компании, и записала интервью с ее создателями — супружеской парой Илиясом Мырзахметовым и Марией Мариккызы.

BALAUSA jewelry: «Мы изначально делали украшения такими, чтобы их захотели купить в любом уголке мира»

Антонина: Илияс, расскажите, с чего начался бренд BALAUSA jewelry?
Илияс: Все началось в 2007 году. Мы с Марией только познакомились и решили начать бизнес — продавать серебро. У нас был небольшой прилавок в Каскелене, поставки были раз в неделю, по вторникам, и в этот день я не занимался торговлей, а просто сидел и изучал конструкцию ювелирных изделий. Решил, что и сам могу это делать, и начал искать ювелира, чтобы пойти к нему в подмастерья. В это же время мы переехали в Шымкент, хотели продолжать бизнес здесь, но дело не пошло. Мы закупили серебро оптом на 540 тысяч тенге, в итоге пришлось все это продать за 265 тысяч. С этих 265 тысяч тенге и началась история нашего бренда.
На 150 тысяч тенге я купил ювелирные инструменты, оставшиеся 95 тысяч отдал за обучение ювелиру. Я учился у него четыре дня, а на пятый день он пропал — мастерская закрыта, на звонки не отвечает. За эти четыре дня я научился делать только обручальные кольца. Сначала делал по 3−4 серебряных кольца в день. Договорился о поставке в Алматы, с одного кольца я получал прибыль 200 тенге. Один раз побил собственный рекорд — сделал 6 колец за день. Помню, пришел домой довольный и говорю: «Мария, я сделал 6 колец и заработал 1 200 тенге!» Все деньги мы вкладывали в дело, покупали инструменты, я стал делать по 12−15 колец в день, потом дошло до 20-ти. Качество колец было хорошим, пошли заказы, я начал набирать сотрудников и закупать оборудование. Я продолжал учиться ювелирному ремеслу: приходил вечером после работы, до 12 ночи сидел в Интернете, читал форумы, смотрел видеоролики, а на следующий день применял эти знания на практике. Так я освоил технологию литья, по которой мы и сейчас работаем. Тогда практически никто литьем не занимался, все выпиливали вручную, а изделия в национальном стиле в технологии литья приходили к нам из Киргизии. Мы стали их первыми конкурентами.

BALAUSA jewelry: «Мы изначально делали украшения такими, чтобы их захотели купить в любом уголке мира»

Антонина: А когда вы начали делать украшения с эмалью, которые стали визитной карточкой BALAUSA?
Илияс: В 2012 году мы начали искать новые технологии и придумали национальные изделия с эмалью. На разработку нового направления и дизайна ушло два года, мы тестировали разную эмаль, способы нанесения, даже автокраску пробовали. Залезли в долги, закупили много сырья и выпустили около 7 килограммов изделий. Я взял билет на автобус и поехал в Алматы, на барахолку. Я был уверен, что нашел ту самую нишу и все изделия у меня разберут за час. Но продавцы на барахолке отказались их брать: что это за краска, нам такое не нужно, вези свои старые изделия, мы это продавать не будем. В итоге одна женщина все-таки взяла изделия, оставила мне задаток 20 тысяч тенге, хотя товара было примерно на 1,5 миллиона. Я уехал домой в подавленном настроении — мою идею не оценили. В дороге позвонил жене и сказал: «Мария, все, мы банкроты». Два дня мы думали, как выйти из положения, а на третий день та женщина позвонила и сказала, что все мои изделия проданы, она отправляет мне деньги и попросила прислать еще 5 килограммов украшений в таком же стиле. К этому моменту мы уже создали бренд BALAUSA и начали продажи в Инстаграме.

Антонина: Почему именно BALAUSA, как родилось это название?
Мария: BALAUSA означает новое начало, молодой росток, прямого перевода на русский язык нет, но значение такое. Суть названия в том, что это новое направление и новая технология. Мы расширили стиль этномодерна, использовали этнику в современных изделиях. Мы придумали такой стиль национальных украшений, чтобы их можно было носить каждый день.
Илияс: Мы ушли с барахолки и начали раскручивать бренд. Пытались сотрудничать с разными компаниями, но в итоге решили, что нам нужно развивать свою сеть магазинов, продавать напрямую. Открыли магазины в Алматы и Шымкенте и поняли, что надо запустить франчайзинг, ведь у нас нет возможности контролировать другие города. Примерно месяц ушел на «упаковку» бренда. Мы сами снимали фото, делали обработку, презентацию и через месяц запустили таргетинговую рекламу. В конце года у нас уже было 17 магазинов по Казахстану.

Антонина: То есть вы сами создали рынок сбыта для своего производства?
Илияс: Да, мы сделали это, чтобы не работать на оптовиков, а продавать на наших условиях. На сегодняшний день у нас 29 точек, до конца этого года планируем открыть еще три магазина. Несмотря на то, что это партнерские магазины, они работают, как единый организм. Мы задаем единые стандарты и по ценам в первую очередь. У нас даже единая система возвратов — купил в одном городе, а сдать или отдать на ремонт можно в другом. Мы даем 6 месяцев гарантии на обслуживание, заводской брак, например. Мы единственная ювелирная компания, которая на 100% продает собственную продукцию. На наших витринах только то, что мы делаем сами.
Мария: Вся эта сеть магазинов, производство далось нам большими усилиями, бессонными ночами. Но для нас это не предел роста. Сейчас мы выходим на европейские рынки. В начале сентября будем принимать участие в ювелирной выставке в Лондоне, откуда открывается дорога в ритейл Европы.

BALAUSA jewelry: «Мы изначально делали украшения такими, чтобы их захотели купить в любом уголке мира»

Антонина: Вы исследовали европейский рынок, там есть интерес к ювелирным изделиям такого стиля?
Илияс: Мы уже давно продаемся в Европе, просто небольшими партиями. Иностранцы с удовольствием покупают наши украшения. В 2017 году мы участвовали в выставке WOW Show в Дубае. Там выставляется все, что вызывает восклицание «Вау!». Среди ювелирных брендов был большой отбор, выбрали только троих, в их числе BALAUSA. Тогда наши изделия покупали европейцы и американцы, они говорили: «Unique, unique, unique!» То есть, уникально. Такого нет на рынке. Мы изначально делали украшения такими, чтобы их захотели купить в любом уголке мира, чтобы они были универсальными, чтобы их покупали не только те, кто интересуется национальной тематикой.

Антонина: Сколько времени требуется, чтобы ввести в ассортимент новое изделие?
Илияс: Самый сложный процесс — разработка дизайна, все зависит от этого. Иногда месяц-два вообще ничего не приходит на ум, а иногда просыпаюсь в три часа ночи, сажусь рисовать и меня уже не остановить. В начале года мы ставим план, что должны выпустить столько-то изделий за период, но вдохновение вообще не смотрит на планы, оно просто приходит или нет. Мы хотели взять еще дизайнеров, у нас есть школы, где обучают дизайну ювелирных изделий, но оттуда выпускаются специалисты не того уровня, они не соответствуют современным требованиям. Поэтому я решил рисовать сам, время позволяет. Если есть вдохновение, я могу нарисовать несложное изделие за 3−4 часа. Если изделие сложное, то приходится возиться. Есть и технологические аспекты, нужно все продумывать. Есть один браслет, который мы не можем доработать уже второй год. На создание коллекции «Кобыз» у нас ушло полтора года. Я рисовал, потом создавали 3D-модели, что-то дорабатывали. Зато потом эта коллекция у нас очень хорошо пошла.

Антонина: Вы как-то разделяете поставки по регионам? Например, в Шымкенте лучше продается одно, а в Алматы другое?
Илияс: Да, каждый город в зависимости от ментальности и финансовых возможностей выбирает разные изделия. Мы периодически делаем возврат со всех магазинов, по новой полируем изделия, обрабатываем и отправляем в другие точки. Что-то не ходовое в одном городе будет иметь спрос в другом.
Мария: В Алматы больше берут современное и заточенное под классику. В западном Казахстане берут больше этнические модели. Там люди более консервативные.
Илияс: Если я нарисую что-то непонятное, абстрактное, то наверняка это возьмут Алматы и Нур-Султане. А другие города могут не понять.

BALAUSA jewelry: «Мы изначально делали украшения такими, чтобы их захотели купить в любом уголке мира»

Антонина: Не буду спрашивать, окупились ли ваши первоначальные затраты, это понятно, что окупились. Сейчас вы продолжаете вкладываться в бизнес или уже получаете доход?
Илияс: Я скажу так: у нас нет своего жилья, мы снимаем квартиру, хотя у нас четверо детей. Машину только недавно купили. Все, что мы зарабатываем, полностью вкладываем в работу.
Мария: Мы хотим, чтобы наш бренд занял позицию на мировом рынке, хотим построить мировую сеть. BALAUSA — это новый росток, и мы все время должны расти. Сейчас работаем над новыми технологиями, пробуем совместить их с нашим этномодерном. Думаю, скоро мы удивим рынок.
Илияс: Нас вдохновляют истории брендов Cartier, Tiffany, De Grisogono. Мы могли бы работать на барахолку, делать золотые изделия и зарабатывать гораздо больше. Некоторые мои бывшие ученики, например, подпольно делают по 150 килограммов золотых изделий в месяц, но я так не хочу. Мы хотим оставить за собой компанию. Нас не станет, пройдет 200−300 лет, а компания будет жить. У нас растут дети, мы хотим, чтобы они продолжили наше дело, надеюсь, кто-то из них станет дизайнером. Не так давно я узнал потрясающую семейную историю. Оказывается, мой прапрадед был знаменитым ювелиром в Ташкентской области. Седло его работы стоит в Кокандском краеведческом музее. У него было много детей, но в живых остались только двое, старший и младший, остальных убили разбойники. Старший не обучался ювелирному делу, а младший был еще совсем маленьким, когда его отца убили. Знания по ювелирному делу были утеряны, династия ювелиров оборвалась, но возродилась на мне через несколько поколений. Я узнал эту семейную историю только в 2016 году, когда ездил в Ташкент. Когда услышал, у меня мурашки по коже побежали. Получается, сама судьба распорядилась так, что я начал заниматься ювелирным делом.

Фото: Михаил Ионов