Created with Sketch. Created with Sketch.

Группа URKER: «Живая музыка остается, потому что поток человеческой энергии ничем не заменить»

«Люди приходят в кино, чтобы разделить одну и ту же мечту», — сказал Бернардо Бертолуччи. Парой слов о кино и не только о нем мы перекинулись с казахстанской группой URKER. Ребята прилетели из Алматы в Нур-Султан на международную конференцию EURASIA MUSIC HUB, а в перерыве между репетицией и выступлением заглянули посмотреть кино в Chaplin Cinemas MEGA Silk Way.

Вокалист и автор песен Айдос Сагат, гитарист Рустам Мусин и барабанщик Сергей Литвинов те еще задорные рассказчики, так что пара слов «вылилась» в оживленную беседу о жизни. Как выяснилось, за 25 лет существования группы Айдос, Рустам и Сергей не так уж много фильмов посмотрели вместе, зато песен сыграли — не сосчитать. Одну и ту же мечту они делят на сцене.

Группа URKER: «Живая музыка остается, потому что поток человеческой энергии ничем не заменить»

Автор: Тахмина Кибирова

Айдос Сагат: Помню, на десятилетие группы мы сходили в кино где-то на гастролях…
Рустам: …В Семипалатинске. Это был рабочий день, мы одни сидели в зале, смотрели фильм с Моникой Белуччи.
Айдос: До концерта оставалось три с половиной часа и нам пришлось убивать время.

Тахмина: А так, чтобы с интересом, какие фильмы смотрите?
Айдос: Как модно говорить — «со смыслом».
Рустам: Последний фильм, который понравился — «Рокетмэн», об Элтоне Джоне.

Тахмина: Домами дружите?
Айдос: У нас есть традиция — на Новый год мы снимаем видеоролики, где наши дети поют вместе с нами.

Тахмина: Сколько у вас детей на троих?
Айдос:
Восемь. У меня сын и дочь, 10 и 7 лет.
Рустам: У меня три дочери и два сына: старшей 21, младшему 2 года.
Сергей: Моей дочке 10 лет.

Группа URKER: «Живая музыка остается, потому что поток человеческой энергии ничем не заменить»

Тахмина: Дети закулисья?
Рустам:
О, да. Дочка Айдоса считает, что должна внести свой вклад в каждое наше выступление, поэтому она выходит в центр перед сценой и танцует…
Айдос: …Потом дома говорит мне: «Папа, ты лучший!» и рассказывает, как она мне помогала работать, как поддерживала.
Рустам: Мой сын занимается игрой на гитаре, хочет стать «как папа — музыкантом и президентом компании» (Рустам Мусин — президент компании «Самат Шоу Техник», — прим. авт.).
Сергей: Моя дочка занимается хип-хопом, она отлично знает репертуар URKER и поет Whitney Houston, причем серьезно, с мелизмами.
Айдос: Сергей подарил моему сыну палочки, теперь сын ломает коробки из-под обуви. Если серьезно увлечется, придется покупать ударную установку. А дочь в анкете на предшкольном собеседовании на вопрос «Кем хочешь быть?» ответила: «Балериной-рэпершей» (смеется).

Тахмина: Возможно, это профессия будущего. К слову, учитывая тенденции роботизации, заменят ли со временем роботы живых музыкантов?
Рустам:
Человечество пришло к электронной музыке, но живая музыка остается, потому что поток человеческой энергии ничем не заменить…
Айдос: … Как красивых женщин заменить нельзя.
Сергей: Музыка — это эмоции, которые передаются живыми людьми в настоящий момент времени и которые невозможно повторить. Каждый концерт — другая энергия, и в этом прелесть живых выступлений.
Рустам: Если говорить о технологиях в шоу-индустрии, это бизнес очень продвинутый, но при этом очень консервативный.
Айдос: То есть, хорошую игру, хорошее пение никто не отменял. Это надо уметь делать, это ремесло.
Рустам: Эталон звучания современной рок-группы был изобретен еще в 60−70 годах …
Айдос: … И существенно не изменился.
Рустам: Современные производители музыкального оборудования различными способами пытаются добиться того теплого звука. Появляются новые цифровые процессоры, в которых очень близкая симуляция лампового усилителя, инструменты в современном дизайне, которые могут звучать, как те гитары. И вместе с тем в цене ретро. Гитара Gibson Les Paul 1959 года стоит до миллиона долларов, потому что она эталон.

Группа URKER: «Живая музыка остается, потому что поток человеческой энергии ничем не заменить»
Тахмина: С одеждой похожая история: новая мода — старый мотив…
Айдос:
В одежде я за комфорт. Благо, современные тенденции позволяют чувствовать себя комфортно и при этом прилично выглядеть. К сожалению, мы живем в таком климате, где полноценные зима, лето, осень, и нам приходится иметь одежду на четыре сезона.
Рустам: В столице два сезона — зима и зима (смеются).
Айдос: А есть же счастливые люди, которые живут в вечном лете и круглый год ходят в шортах и сланцах, не заморачиваются. Я считаю, что наступит время, когда люди будут носить одинаковую одежду, как в фантастических фильмах.
Рустам: Мне кажется, это утопия.
Айдос: Абсолютная утопия, но мне это было бы близко. Моя мысль выше, она абстрактная, космическая мысль о том, что, даже если мы все будем одеты в одинаковые космические комбинезоны, «я есть душа» — прежде всего. Есть известная история про Рахманинова, когда он только переехал в Америку, и журналист на встрече сказал ему: «Сергей Васильевич, вы такой известный человек, почему вы так скромно одеваетесь?» Композитор ответил: «Ну, меня ж здесь еще никто не знает». Прошло 10 лет, Рахманинов уже мега-звезда, миллионер. Вновь встреча с журналистом и вопрос:"Сергей Васильевич, вы уже такой успешный и по-прежнему скромно одеваетесь…" Рахманинов: «Ну, все уже итак знают, кто я такой» (смеется).
Сергей: Стинг вступает в джинсах и майке, это не мешает ему быть великим музыкантом.
Айдос: Нам очень важно чувствовать себя музыкантами прежде всего, не военными, не бизнесменами, не политиками.
Сергей: Я люблю одевать своих.
Айдос: Ты стилист в семье, да?
Сергей: Да, я знаю, кому какой размер подойдет, могу подобрать одежду, и она будет сидеть идеально.
Айдос: Однажды я, как все нормальные казахи в Париже, пошел в Lafayette. А как зайти в Lafayette и ничего не купить жене? Зашел в бутик, выбрал, привез домой. Она сказала, конечно, «спасибо»…
Рустам: Но так ни разу и не надела? (смеются).
Айдос: Через некоторое количество лет, когда я понял, что она это не надевает, то пришел к выводу, что надо прекращать (смеются). У меня отсутствует это видение, из меня и фотограф отвратительный.
Рустам: Да, мы были в Нью-Йорке, я там всех нафотал, дал камеру Айдосу, он сфотографировал — Нью-Йорк в фокусе, я размытый (смеются).
Айдос: Ни селфи нормально не могу сделать, ни фото.
Рустам: Хотя картины рисовал в детстве.
Айдос: Да, я очень хорошо рисовал.

Тахмина: В общем, вы такие на стиле и на спорте. Насколько я знаю, Айдос даже на йоге…
Айдос:
Да, шесть лет назад я серьезно увлекся кундалини йогой и на фоне этого перестал есть мясо. Все сразу начинают хвататься за разные места: «Ой, как же ты теперь живешь?». На самом деле, это небольшая потеря. Все остальное я ем — рыбу, молочные продукты. Это не веганство, это лакто-ово-вегетарианство. И энергии от этого только прибавляется, потому что организм свободен от переваривания тяжести, от токсинов. Он сам решает: «Я бы не хотел больше есть мясо, я бы не хотел принимать алкоголь», и в жизни начинают происходить позитивные перемены. Слово йога переводится как «объединение». Обычно тело хочет одного, разум другого, душа стремится ввысь. А йога помогает быть сбалансированным. Когда три сущности хотят одного, тогда наступает гармония.
Рустам: В до миноре (смеется). Все минорные песни URKER написаны в до миноре.

Группа URKER: «Живая музыка остается, потому что поток человеческой энергии ничем не заменить»

Тахмина: Так вот откуда у меня на ваших концертах это щемящее чувство светлой грусти (смеемся).
Сергей:
Мы все ведем здоровый образ жизни. Я раньше занимался кикбоксингом, играл в хоккей с мячом. Сейчас катаюсь на коньках, раз в неделю хожу в спортзал. И не забывайте: принести, собрать-разобрать и унести ударную установку весом, в среднем, 300 кг — это тоже спорт. Как говорит наш друг, известный барабанщик Престон Хейман: «It`s a kind of gym for me!» («Для меня это как поход в тренажерный зал!»)
Рустам: Мои взаимоотношения со спортом развиваются по спирали. Я могу каждый день истерически пропадать в спортзале, без выходных, годами, а могу просто забить. В 90-м играл в регби, потом поступил в институт и понял, что невозможно совмещать. И как раз нахлестом пошла музыка…
Айдос: Вообще, среди музыкантов очень многие, как минимум, на йоге, а как максимум — боевые искусства и все такое. Например, Red Hot Chili Peppers, Maroon 5 и другие. Потому что большие нагрузки, особенно у много гастролирующих музыкантов, отсюда правильное питание, повышенное внимание к физической форме.
Сергей: Я стараюсь питаться правильно. Для меня важно потреблять нужное количество воды, поскольку во время выступлений большая физическая активность, и я сильно теряю калории.
Рустам: Я понял одну вещь — есть старый девиз: «В здоровом теле — здоровый дух», а на самом деле наоборот, у здорового духа — здоровое тело. Если быть чистым в помыслах, в своих поступках, тогда будет здоровье. И, конечно, нужно отказаться от вредных привычек.

Тахмина: Вы повидали много городов, но жить продолжаете в Алматы…
Рустам:
Говорят, есть города для работы, а есть для отдыха. Алматы — курортный город. Мы музыканты, куда позовут — туда и приезжаем. А вообще, музыкант любит, где тепло.
Айдос: Казахстан — страна кочевников и это отложилось в психологии. Обрати внимание — вчера где-то на углу было кафе, а завтра его уже нет…
Рустам: Юрту собрали — ушли.
Айдос: У нас, в принципе, плохо с традициями, никто не думает длинными проектами, никто не думает наперед, о наследии, об истории, всем надо быстро, сейчас. Есть страны, куда приезжаешь, а там как было кафе десять лет назад, так оно и стоит. И существуют традиции ходить куда-то семьями.

Тахмина: MEGA в Алматы существует уже 13 лет. А разве не весь мир теперь живет «здесь и сейчас»? Молодые стремятся к мультилокационной жизни…
Айдос:
Это другое. Человек не хочет привязываться, потому что, наконец, начал понимать: единственное, что ты можешь забрать на тот свет — знание об этом мире. Мне очень импонирует молодежь, которая не сидит на месте, путешествует, набирается впечатлений и, как будто, не думает о будущем. Я знаю музыкантов, которые стараются быть все время занятыми в любых коллективах, быть в ситуации вечного фестиваля. В какой-то момент от этого тоже устаешь, хочется осесть, завести семью. На этот счет хорошо сказал Стинг: «Когда я в туре — я скучаю по дому, а когда я дома — я скучаю по турам». Нужно какой-то баланс в этом соблюдать.
Рустам: Технологии и телекоммуникации сейчас позволяют не быть привязанным к офису. Мы с Айдосом, не выходя из дома, пишем песни. Он что-то записывает на клавишных, пересылает мне по почте, я прописываю гитару, отправляю ему. Так, со временем, рождается новая пластинка. У меня всегда с собой ноутбук, гитара, я в любом месте подключил, сыграл.
Айдос: Да, можно работать в движении. Вот скоро изобретут надувную гитару…
Рустам: Айдос просто о надувном рояле мечтает, чтобы надул, поиграл, сдул и убрал в угол… (смеются).
Айдос: … В карман положил.

Группа URKER: «Живая музыка остается, потому что поток человеческой энергии ничем не заменить»

Тахмина: Современный мир открыл потрясающие возможности для музыкантов. Одно из главных преимуществ — независимость от телеканалов и радиостанций и колоссальное расширение аудитории…
Сергей:
Верно, сейчас можно записать альбом дома, запустить его в соцсети и в течение суток получить миллионы просмотров.
Рустам: Честно говоря, мы все еще живем форматами былых лет, но уже перестраиваемся. Вот сейчас сняли клип, выложили его в сети и люди в открытом доступе смотрят. Это происходит во всех отраслях человеческой жизни.

Тахмина: А к вам подтягивается молодая аудитория?
Айдос:
Мы видим на концертах, да. Часто подходят на улице молодые ребята и говорят: «Вы знаете, я вырос на ваших песнях».

Тахмина: Вы всегда открыты на сцене и за ней…
Айдос:
Мы терпеть не можем «сидячие» концерты, поэтому в основном выступаем на открытых площадках, в клубах, где есть интерактив, и публика свободна в выражении своих эмоций. Это формат западных концертов, там они все превращают в happening, когда зритель становится соучастником действия на сцене.
Сергей: Мы получаем большое удовольствие от совместного музицирования, от общения.
Айдос: Нам кайфно, когда тебе кайфно — мы для этого здесь. Это то, чем мы занимаемся. Как в «Бременских музыкантах» — смех и радость мы приносим людям (смеется). Выйти на сцену перед аудиторией, играть свою музыку с хорошими ребятами за спиной, испытывая уверенность, что что бы ни случилось, они тебя поддержат. Чувство командности — это то, что делает группу успешной.

Группа URKER: «Живая музыка остается, потому что поток человеческой энергии ничем не заменить»